Муки творчества, часть вторая: печальная.

Ахой, Великому племени
Случилась тут у меня на днях очередная бессонница (попрошу не комментировать :) ) и в итоге родился на свет ышо один “образчик”.
Рассказик без РЕДАКТИРОВАНИЯ. Можно конечно “причесать” и кое-что подправить, но я так вижу это все в своем кумполе и да пусть будет так. Сколько раз просто бывало, что начинаешь редактировать, пытаешься улучшить, что-то добавить, что-то убрать и в итоге на выхлопе получается полная чушь, которая без сожаления летит в корзину. А потом, что странно, хрен восстановишь.
Короче, просьба не швырять орудием пролетариата в моем направлении. Ежели “достал”, то абсолютно пойму и не буду докучать. А уж коли интересно, то дайте дымовой сигнал и ждите в следующих выпусках.
В общем, на повестке дня картина вторая – печальная.

Смотритель маяка.
Дорога, по которой я тогда ехал, начиналась практически сразу за городом, как бы ответвляясь от основного шоссе. Мне нравилась эта уходящая вдаль лента пути и я часто проезжал по ней, иногда до самого конца, где за плавным поворотом был виден скалистый мыс и старый маяк, стоящий здесь с незапамятных времен. Частенько добираясь сюда, я ставил свой мотоцикл почти у самого маяка и шел к маленькому домику смотрителя. Его звали Леон. Этот, уже достаточно пожилой, но крепкий мужчина с обветренным лицом и добрыми глазами под шапкой седых волос, знал меня очень давно и всегда был рад встрече. Если он был занят какой-то работой, то я старался всегда помочь ему, а после мы садились на маленькой веранде около домика и, попивая горячий чай с ромом, мирно беседовали, иногда засиживаясь далеко за-полночь. Он знал множество забавных и интересных историй и мне всегда было интересно послушать их. Ему же в свою очередь было приятно выступать в роли рассказчика, этакого седого старца с бородой из старых сказок. Он уже долгое время жил здесь один и был рад каждой нашей встрече и возможности поговорить с интересным ему собеседником.
В тот раз я приехал рано, только миновал полдень. Пригревало теплое летнее солнце, дул легкий ветерок, море было спокойным и безмолвным. Поставив мотоцикл на своем обычном месте около маяка, я взял вещи, забрал из боковой сумки бутылку старого доброго рома и пошел к домику. В доме никого не было. Оставив вещи, я вышел на крыльцо, осмотрелся вокруг и направился к беседке, где так любил проводить свободное время старик. «Здравствуй, дружище, ты очень вовремя»,- промолвил Леон, вставая мне навстречу. Он стиснул в своих огромных ладонях мою руку и по-дружески обнял. «А я тут воюю с генератором. Кажись сдох, бедолага, вот и пытаюсь привести его в порядок, а то сам понимаешь, без аварийного генератора оставаться никак нельзя, вдруг обрыв на линии и останемся мы без электричества, как же тогда маяк работать будет». Наскоро переодевшись и взяв запасные инструменты, я присоединился к нему. Повозиться пришлось основательно, аж до самого вечера, но вдвоем мы все-таки справились. Чумазые, измазанные по локоть в масле, мы наконец собрали все на место и провели пробный запуск. Потом Леон отстегнул от пояса связку старых ключей, запер дверь маяка и мы, необычайно довольные собой, отправились к дому смывать с себя усталость трудового дня. У меня была небольшая комнатка на втором этаже, которую Леон отдал в полное мое распоряжение. Я раскидал по полкам вещи, поставил сумку в углу и полез в душ. Отмыв руки и переодевшись, я спустился вниз и помог Леону перенести в беседку все необходимое для вечерней трапезы. Между тем погода стала заметно портиться. По небу поползли тучи, начал накрапывать мелкий дождик и с каждой секундой ветер становился все сильнее и сильнее. Но это нам нисколько не помешало. Находясь в беседке мы были защищены от порывов ветра, а находящийся в уголке небольшой камин создавал тепло и уют. Мы слегка перекусили и когда первый голод был утолен, а по телу разлилось приятное тепло, Леон достал коробку с табаком и мы раскурили свои трубки. На столе перед нами стояли большие глиняный кружки с душистым горячим чаем и, плеснув в них по доброй порции рома, я приготовился слушать. К потолку поднимались клубы ароматного дыма, в камине тихонько потрескивали дрова, за окном завывал, продолжавший набирать силу ветер, а напротив меня сидел старый человек с большими добрыми глазами и, нахмурив свои косматые брови, о чем-то напряженно думал. «Что-то не так, старина?»,- спросил я. «Давненько я не помню такой погоды, ох давненько. Буря надвигается и нешуточная»,- пробурчал в ответ Леон и задумчиво посмотрел на неспокойную морскую гладь. «И что, неужто нас такое испугает? Что мы бури не видели. У нас вон какая крыша над головой, да и волны сюда уж никак не достанут»,- усмехнувшись ответил я. «Видать-то видали. Ну да ладно. Раз так, сегодня я расскажу тебе одну историю, которая приключилась с одним человеком давным-давно». Я поудобнее устроился в старом кресле, отхлебнул рома и приготовился услышать еще одну интересную историю из его уст. «Итак, слушай:
Произошло это много лет назад. Здесь неподалеку жил один парень. Он вырос на морском побережье и, как водится, вся его жизнь была связана с морем. Он часто выходил с товарищами на морские просторы, умел чинить сети и знал как обращаться со штурвалом. Ему не понаслышке была известна навигация, а копаться с различными судовыми механизмами было одним из его излюбленных занятий. Он любил море, оно было для него чем-то родным и бесконечно близким. Еще он был очень добрым, имел веселый нрав и всегда готов был помочь другим людям. Однажды он, вместе со своими друзьями, почти до ночи засиделся на берегу у костра за приятной беседой. Компания была веселая и шумная, многие наперебой рассказывали всякие смешные истории, с собой было много еды и вина и, изрядно захмелев, они и не заметили, как опустилась ночь. Тихий солнечный день сменился непроглядной мглой и на море понемногу начиналась буря. Он не боялся непогоды, наоборот, ему нравилось это неистовство стихии, этот воющий ветер и шумящие морские волны. Возможно именно поэтому, а может просто решив прогуляться, он встал и немного нетвердой походкой направился к берегу. Подойдя к самой воде он вдруг скинул с себя одежду и вошел в море. Тело приятно охладило и хмель понемногу начал отступать. Он стоял по пояс в бурлящем потоке волн, набегающих на берег, и, подставив лицо ветру, смотрел на разгулявшуюся водную гладь. В этот момент он услышал странные звуки. Они исходили из морской дали и были так чисты и мелодичны, что казались похожими на тихое, но чуть грустное, пение. «Странно,- подумалось ему,- кто же тут может петь? Нет, показалось. Наверное это ветер.» А через мгновение он услышал этот звук снова, и уже гораздо ближе. «Наваждение какое-то. Вероятно это все от вина». Он пытался вглядется сквозь тьму в морские волны, но различить в них что-то было невозможно. На какое-то мгновение луна показалась из-за туч и он увидал впереди в бушующем водном потоке неясный силуэт. Необъяснимая сила как-будто подтолкнула его, он бросился в волны и поплыл. Сам не понимая зачем и куда, он плыл в море. Волны захлестывали его с головой, но он продолжал плыть туда, где увидел что-то непонятное. Внезапно очередная волна накрыла с головой, он захлебнулся горьковатой соленой водой, дыхание сбилось и поток воды потянул его на дно. Он изо всех сил пытался выплыть, но сил не хватало и его неумолимо тянуло вниз. Краешком угасающего сознания он успел заметить в глубине метнувшееся в его сторону странное тело и в тот же миг что-то подтолкнуло его вверх. Оно подняло его и наконец вынесло на поверхность. Глоток свежего воздуха ворвался в легкие и в голове прояснилось. Он барахтался в волнах, а чьи-то руки несли его все ближе и ближе к берегу. Наконец, почувствовав под ногами песок, он попытался встать, но сил было мало и подняться удалось не сразу. Едва обретя под ногами опору, он обернулся и прямо перед собой увидел женское лицо. Она была прекрасна: мокрые золотистые волосы ниспадали на ее красивые плечи, светлая, почти белая, кожа чуть отливала серебром, тонкие красивые губы изгибались, слегка обнажив в улыбке ровные белые зубы, а ее яркие зеленые глаза приковывали взгляд. Он смотрел на нее не в силах произнести ни звука, он был настолько очарован ее красотой, что не находил слов. И, обретя наконец дар речи, он спросил: «Кто ты?». «Ундина»,- молвила она в ответ и в ее голосе он сразу узнал нотки тех звуков, которые доносились из моря. Той грустной песни, которая околдовывала и звала за собой. «У тебя глаза цвета моря». «Я и есть море»,- улыбнулась она и с мимолетной тревогой посмотрела в сторону берега. Он оглянулся и чуть в стороне увидел мечушиеся там огоньки и услышал громкие голоса. Когда он вновь посмотрел на нее, то увидел в ее чудесных глазах, появившуюся откуда-то, грусть. «Не уходи»,- прошептал он и протянул к ней руку. «Нельзя. Еще не время. Ты теперь будешь жить долго». С этими словами она приблизилась, нежно прикоснулась губами к его губам, на мгновение застыла и, слегка оттолкнув его, бросилась в волны, на прощанье взмахнув серебристым хвостом. «А когда наступит время?»,- что есть силы прокричал он. «Ты поймешь. Ты услышишь.»,- раздалось в ответ. Он стоял в море и смотрел как исчезает вдали ее след. Едва товарищи вытащили его на берег он потерял сознание. В неярком свете луны на его губах серебрились две маленьких рыбьих чешуйки. С тех пор он больше никогда не выходил в море».
Отголоски той истории еще звучали в моей голове, но один единственный вопрос все же мучил меня и не давал покоя. Не выдержав затянувшегося молчания, я спросил: «И что же дальше?». «Дальше? Он уехал. Он объездил полмира, побывал во многих странах, жил в разных городах и знавал многих людей, но, так и не обретя свое счастье, вернулся назад и поселился в маленьком домике у самого моря». «Интересная история, но кажется в ней чего-то не хватает. Мне кажется она не закончена». «Ты прав, юноша, в ней не хватает конца». «И каков же он?»,- поинересовался я. «Кто знает? Ведь она еще не закончилась»,- вздохнул Леон и загадочно улыбнулся.
Какое-то время мы сидели молча. За окнами беседки выл, крепчавший с каждой минутой, ветер и уже вовсю бушевала буря. На море был шторм. Волны бились друг об друга и с силой вырывались на берег. Я встал и вышел из беседки. В лицо ударил хлесткий порыв ветра, в голове слегка зашумело. Зрелище разъяренной стихии было таким ярким, а впечатление от рассказа таким сильным, что я поневоле двинулся дальше. Шаг за шагом, склоняясь под натиском ветра, я шел к морю. Я дошел почти до самой кромки воды. Разбивающиеся о берег волны обдавали прохладными солеными брызгами и наполняли свежестью. Постояв так немного, я собрался уже было возвращаться, как вдруг мне послышался странный звук. Он шел со стороны моря и был похож на грустную песню. Я остолбенел. Закрыв глаза и встряхнув головой, я прислушался снова. И он повторился вновь. К тому же как-будто немного приблизился и все больше напоминал голос, чистый мелодичный голос, который проникал в мозг, околдовывал и звал за собой. Уже не понимая, что я делаю, я шагнул в волны. Вдруг кто-то сильно схватил меня за руку и рывком дернул назад. Я очнулся лежащим на песке, а надо мной возвышался старик с небольшой керосиновой лампой в руке. «Не дури, парень,- пробасил он,- совсем ополоумел? Посмотри что вокруг творится. Жить надоело, куда тебя черти понесли?». «Там кто-то есть»,- закричал я, простирая руку в сторону, разбушевавшегося не на шутку, моря. «Сдурел что ли? Никого там нет, там только вода». «Леон, я слышал голос». «Какой еще голос, это ветер, ветер воет». С этими словами он махнул рукой, повернулся и тяжелой походкой пошел прочь. Я вскочил, отряхнулся и бросился за ним. В ушах выл ветер, в голове шумело, вероятно от выпитого, и я практически догнал его, как вдруг над морем пронесся жалобный стон, похожий на плач, и мы одновременно замерли. «Что это?»,- воскликнул я. Мы стояли рядом и смотрели на море. «Это ветер,- наконец прошептал Леон,- просто ветер». Я повернул к нему свое лицо и застыл. Хмель слетел с меня в одно мгновение. Я смотрел на него не в силах отвести взгляда от его лица, а на его губах серебрились две маленьких чешуйки, тускло поблескивая в слабом свете старой лампы. Он взглянул мне в глаза и еле заметно улыбнулся, в его больших добрых глазах застыла немая грусть. «Время пришло?»,- внезапно сорвалось с моих губ. «Кто знает, сынок, кто знает….»,- тихо прошептал он. Мы простояли в молчании еще немного, но море было безмолвно. Медленно ступая по мокрому песку, мы двинулись к беседке. Леон шел, опустив голову, и всю дорогу молчал, а я не хотел прерывать его мысли. Войдя в беседку, я подошел к камину и протянул к нему руки, чтобы унять озноб. Когда я обернулся и посмотрел на старика, чешуек на его губах уже не было. Он сидел за столом, положив седую косматую голову на свои сильные руки и о чем-то напряженно думал. Наверное мне показалось, но мне кажется я заметил в уголках его глаз блеснувшую капельку слезы. Какое-то время мы еще молча сидели в беседке. «Пошли спать, день выдался трудный». Леон поднялся, подошел ко мне, положил свою тяжелую ладонь мне на плечо и легонько его стиснул. «Послушай, старина,- начал я,- давай я почаще…». «После поговорим»,- прервал он меня и медленно направился к домику. «Все необходимое ты найдешь на столе»,- донеслось до меня. Я еще немного посидел один, наедине со своими мыслями, и тоже пошел в дом. Поднявшись в свою комнату, я обнаружил на столе графин с чистой родниковой водой и стакан. «Вот же старый черт»,- усмехнулся я. Не раздеваясь, я плюхнулся на койку, в надежде поскорее заснуть и стереть из памяти некоторые события этой ночи. Но в ту ночь я еще долго не мог заснуть. В окно бился ветер и в стекло стучали крупные капли дождя. Буря не унималась. Я лежал в темноте и думал, что утром мне стоит серьезно поговорить с Леоном. Старику трудно жить здесь одному и я решил почаще приезжать к нему, а может и переселиться сюда, хотя бы на какое-то время. С этой мыслью я наконец-то погрузился в сон.
Я проснулся достаточно рано, когда солнце уже кинуло свой первый лучик в окно моей комнаты. В голове еще слегка шумело, но холодный душ и стакан воды привели мои чувства в равновесие. Я переоделся и горя стойким желанием поговорить со стариком о будущем, вышел из комнаты и спустился вниз. Пройдя через пустую кухню, я вышел из дома на крыльцо и направился к беседке, где Леон так любил сидеть по утрам. На дворе светило солнце, небо было чистым и безоблачным и совершенно ничто не напоминало о ночном шторме. Уже подходя к беседке я увидел, что она пуста. Я вошел и остановился на пороге. На столе лежала старая морская фуражка и до боли знакомая мне связка ключей, под которой желтел неровный клочок бумаги. Подойдя поближе я обнаружил небольшой листок, вероятно оторванный от страницы старого судового журнала, на котором ровным четким почерком чернели два слова: «время пришло». Я вышел из беседки и долго смотрел на море. Оно было на удивление спокойным и казалось умиротворенным. «Удачи тебе, дружище, удачи и счастья вам»,- тихо прошептал я. И словно в ответ на эти слова по ровной глади воды пробежала легкая рябь, но уже через мгновение море снова стало спокойным и чистым. Я поднял руку в приветствии, улыбнулся, потом взял фуражку, поднял со стола связку старых ключей и пошел к маяку.

Его тело так и не нашли.

3 Comments

  1. Я признаться думал что он проснется, и выяснится что эта фурия утащила в море его мотоцикл.

Leave a Reply